Мэлори Блэкмен - Доктор Кто. 11 историй (сборник)

– Договор уже составлен, – сказал человек в кроличьей маске. – Подпишите вот здесь. Если в банке скажут, что что-то не так, и дом, и деньги останутся у вас. Я вернусь в субботу, чтобы занять дом. Сможете ли вы к тому времени его освободить?

– Не знаю, – ответил мистер Браунинг. – Думаю, смогу, – добавил он после паузы. – В смысле, безусловно.

– Буду в субботу, – подытожил человек в кроличьей маске.

– Очень необычный способ вести дела, – сказал мистер Браунинг. Он стоял у входной двери, держа в руках два магазинных пакета, в которых лежало 750 000 фунтов стерлингов.

– Да, – согласился мужчина в маске. – Так и есть. Значит, увидимся в субботу.

Он ушел. Мистер Браунинг вздохнул с облегчением. Его вдруг охватила иррациональная уверенность в том, что, если снять с человека кроличью маску, под ней ничего не будет.

Полли отправилась наверх, чтобы рассказать дневнику обо всем, что она увидела и услышала.

В четверг высокий молодой человек в твидовом пиджаке и галстуке-бабочке постучал в дверь. Дома никого не было, так что никто не открыл, и, обойдя вокруг дома, он ушел.

В субботу мистер Браунинг стоял в уже пустой кухне. Он успешно положил деньги на счет в банке и избавился ото всех долгов. Мебель, которую они решили оставить себе, была погружена в грузовик и отправлена к дяде мистера Браунинга, имеющего огромный пустой гараж.

– Что, если все это какая-то шутка? – спросила миссис Браунинг.

– Не думаю, что отдать кому-то семьсот пятьдесят тысяч фунтов – это очень смешно, – ответил мистер Браунинг. – В банке сказали, они подлинные и не краденые. Просто какой-то богатый оригинал решил купить наш дом дороже, чем он стоит.

Они сняли две комнаты в отеле поблизости, хотя найти их оказалось труднее, чем ожидал мистер Браунинг. А еще ему пришлось убеждать миссис Браунинг, которая работала медсестрой, что теперь они могут позволить себе пожить в отеле.

– А что будет, если он не придет? – спросила Полли. Она сидела на лестнице с книжкой в руках.

– Опять ты за глупости, – проворчал мистер Браунинг.

– Хватит называть свою дочь глупой, – сказала миссис Браунинг. – Она права. У тебя ни его имени, ни номера телефона, ничего.

Это было неверно. На договоре было ясно написано имя покупателя: Н. М. де Плюм. Ниже был дан адрес лондонской адвокатской конторы. Мистер Браунинг звонил им, и они подтвердили, что да, несмотря на странное имя, сделка абсолютно законна.

– Он просто чудак, – произнес мистер Браунинг. – Чудаковатый миллионер.

– Наверняка под кроличьей маской был он сам, – сказала Полли. – Этот чудаковатый миллионер.

В дверь позвонили. Мистер Браунинг пошел открывать, за ним последовали жена и дочь, надеясь поглядеть на нового владельца дома.

– Привет, – сказала леди в кошачьей маске, стоящая у порога. Маска была не очень правдоподобной. Но Полли заметила, что из-под нее блестят глаза.

– Вы новый владелец? – спросила миссис Браунинг.

– Или так, или представитель владельца.

– А где ваш… друг? В кроличьей маске?

Несмотря на кошачью маску, молодая леди (молодая ли? Во всяком случае, ее голос звучал молодо) держалась очень уверенно и почти бесцеремонно.

– Вы вывезли все свое имущество? Боюсь, то, что осталось, перейдет в собственность новому владельцу.

– Мы забрали все, что нам необходимо.

– Хорошо.

– Смогу я приходить поиграть в саду? – спросила Полли. – А то в отеле сада нет.

На заднем дворе в саду на дубе висели качели, Полли очень любила сидеть там и читать.

– Не говори глупостей, милая, – сказал мистер Браунинг. – У нас будет новый дом, и там тоже будет сад и качели. Я сделаю тебе новые.

Леди в кошачьей маске присела.

– Я миссис Кошка. Спроси у меня, Полли, который час?

Полли кивнула.

– Который час, миссис Кошка?

– Час, когда тебе и твоей семье лучше уйти отсюда, не оглядываясь, – произнесла миссис Кошка ласковым голосом.

Полли помахала ей рукой на прощание, дойдя до конца тропинки в саду.

Они стояли в консольной ТАРДИС, возвращавшейся домой.

– Я все никак не пойму, – сказала Эми. – Почему люди-скелеты с самого начала так на тебя разозлились? Я думала, они хотели освободиться от власти Короля-Жабы.

– Они злились на меня не за это, – ответил молодой человек в твидовом пиджаке с галстуком-бабочкой, нетерпеливо проведя рукой по волосам. – Я думаю, на самом деле они были очень рады освободиться.

Он пробежался руками по пульту управления ТАРДИС, трогая рычаги и ручки.

– Просто они немного расстроились из-за того, что я ушел, забрав их загогулистое что-то-там.

– Загогулистое что-то-там?

– Оно было там… – Он неопределенно помахал руками, состоящими, казалось, из одних локтей и запястий. – … типа застольного украшения. Я его конфисковал.

Эми выглядела раздраженной. Не то, что она была раздражена на самом деле, но иногда она сознательно делала вид, чтобы он не забыл, кто тут главный.

– Почему ты никогда не называешь вещи нормально? «Застольное украшение»… Надо говорить «настольное».

Она подошла к столу. Загогулистое что-то-там было сверкающим и изящным, размером и формой оно походило на браслет, но многочисленные изгибы мешали его толком разглядеть.

– Правда? Хорошо, – довольно пробормотал он. – Я запомню.

Эми взяла в руки загогулистое что-то-там. Оно было холодным и оказалось намного тяжелее, чем на вид.

– И почему ты его конфисковал? Почему ты вообще сказал «конфисковал»? Так делают учителя, если в школу принесешь что-нибудь не то. Моя подруга Мэлс установила в школе рекорд по количеству конфискованных вещей. Как-то вечером она подговорила меня и Рори, мы устроили шум, а она вломилась в учительскую кладовку, где лежали все ее штуки. Пришлось лезть по крыше, потом в окно учительского сортира…

Но Доктора не интересовали школьные подвиги Эми. Никогда.

– Конфисковал, – сказал он. – Ради их же безопасности. У них не должно было быть таких технологий. Оно, скорее всего, краденое. Это прибор, создающий и усиливающий петли времени. Так можно все в кучу перемешать. – Он потянул рычаг. – Вот мы и на месте. Все изменилось.

Раздался ритмичный скрежещущий звук, словно запротестовали сами шестерни вселенной, хлопнул вытесненный воздух, и синяя полицейская будка материализовалась в саду позади дома Эми Понд. На дворе стояло второе десятилетие двадцать первого века.

Доктор открыл дверь ТАРДИС.

– Это странно, – проговорил он.